Консультации и тренинги в ТУЛЕ
ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ЦЕНТРЫ
СТАТЬИ


Поиск по сайту

"Она не сопротивлялась, потому что вы сказали ей этого не делать"

Я сейчас в терапии продолжаю работать с ассертивностью - с развитием способности отстаивать свои границы, просить помощи, просить внимания, защищать свои границы, требовать уважения к ним. Дается мне это очень тяжело - я себя физически плохо чувствую после ситуаций, где надо было проявить ассертивность, даже если ситуация разрешилась в мою пользу, и никто меня не побил и не убил. Даже если меня за эту самую чертову ассертивность стали больше любить и уважать - все равно хочется забиться в угол и блевать там до тех пор, пока внутри ничего не останется.
 
Дается мне тяжело потому, что с раннего детства мне это качество методично отшибали: нельзя было перечить, нельзя было настаивать на своем, нельзя было требовать внимания к себе и своим нуждам. Надо было быть покорной, послушной, тихой, незаметной и ничего никогда не просить. Поскольку отшибали с очень раннего возраста, когда я даже физически была не выше колена отшибателям, то отшибли очень эффективно (так, что будучи уже старше их в том возрасте, меня выворачивает наизнанку и выносит в травму, когда надо защищать свои границы).
 
Потом эти же самые люди делали большие глаза, разводили руками, сокрушенно и в полном шоке качали головой и сетовали, почему это я выросла забитой тихоней, а не боевой бизнес-акулой, которая одной левой укладывает конкурентов, а одной правой укладывает мужиков в штабеля, чтобы взойти по их сломанным трупам на вершины финансового и профессионального успеха. При этом у них какая-то своя альтернативная память о прошлом:
 
- В детстве ты была такая боевая, а выросла... *разочарованный взмах рукой*
Той самой, которая меня по лицу била или выгоняла в шесть лет одну на улицу в незнакомом городе за то, что я посмела перечить.
 
- Я тебя бойкой воспитывала, а ты-ы-ы... *горько поджатые губы*
Те самые, которые мне говорили "Молчи, а то хуже будет!"
 
Очень перекликается с вот этой статьей:
 
Люди удивляются, почему женщина не «сопротивлялась» во время изнасилования. Однако они не удивляются, когда женщина отказывается спорить. Они не удивляются, когда ее перебивают. Они не удивляются, когда она специально говорит более тихим и бесстрастным голосом. Они не удивляются, когда женщины подают явные сигналы, что им неинтересен разговор, или что им неприятна чужая физическая близость, но их желания игнорируют. Никого не удивляют повседневные социальные ситуации, в которых женщины ведут себя тихо, в которых их игнорируют, воспринимают как невидимок, потому что такие социальные ситуации считаются нормой. Они кажутся нормой женщинам, они кажутся нормой мужчинам, потому что мы все выросли в одной и той же культурной песочнице, пили одну и ту же микстуру.
 
 
И вдруг ни с того ни с сего, когда женщин насилуют, все эти естественные и невидимые виды социального поведения используются как доказательства того, что на самом деле женщину не насиловали. Потому что она не дралась, не кричала громко, не бежала, не лягалась, не ударила кулаком. Она впустила его в свою комнату, хотя было понятно, что он хочет. Она флиртовала с ним, она целовалась с ним. Спустя какое-то время она перестала говорить «нет».
Эти правила социального поведения, которые прививают женщинам, - это не просто масло для колес патриархата. Женщинам внушают, что подчинение этим правилам – это их защита, и что за нарушение этих правил их ждет наказание.
 
Это чертовски грубое пробуждение от иллюзий, когда женщину насилуют, и она следует правилам, которым ее учили следовать всю ее жизнь – она не отказывается разговаривать, не отказывается флиртовать, не уходит прочь, игнорируя его, не бьет, не кричит, не дерется, не повышает голоса, не отрицает, что ей понравилось целоваться – и оказывается, что теперь ее обвинят в изнасиловании. Она следовала правилам. Тем самым правилам, которые, предположительно, должны были защитить ее от изнасилования. Тем самым правилам, несоблюдение которых делает ее «законной мишенью» для вербального и физического насилия. 
 
Предполагалось, что наказание полагается за нарушение этих правил, а не за их соблюдение.Потому что каждый раз, когда она говорила тихим голосом, отказывалась от собственных границ, не отстранялась, позволяла игнорировать собственные потребности, она получала положительное подкрепление общества. А теперь ей заявляют, что она все сделала неправильно, что это был исключительный случай, когда все надо было делать наоборот, и она должна была об этом знать, ага. 
 
Если вы хоть раз наблюдали гендеризированное социальное поведение женщин, - видели, как женщина затравленно принимает неприятное ей внимание; как говорящую женщину перебивают; как женщина упорно отрицает, что ее расстроило публичное оскорбление; как женщину лапают из-за того, что на ней надето; как женщина отказывается спорить – и ничего не сказали и не сделали, то у вас нет никакого права задавать вопрос: «Почему она не сопротивлялась?»
 
Она не сопротивлялась, потому что вы сказали ей этого не делать. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Вы сказали ей, что это нормально, необходимо и правильно.
 
Автор: TRANSURFER